Забытые богом (1 сезон)

Американский вестерн 2017 года, снятый Стивеном Содербергом, строится на контрасте суровой природы Колорадо 1884 года и человеческих страстей, которые разгораются на фоне отдаленных поселений. Действие разворачивается после очередного ограбления банды жестокого главаря Фрэнка Гриффина, который решает расправиться с бывшим партнером Роем Гудом: тот, у которого внезапно проснулась совесть, сбежал с крупной суммой награбленного, отстрелив бандиту руку при побеге. Раненый Рой находит пристанище на ферме вдовы Элис Флетчер, которая живет на окраине маленького городка Ла-Белл вместе с маленьким сыном и самостоятельно управляет хозяйством после смерти мужа. Городок сам по себе оказался в особом положении: несколько лет назад там произошла страшная трагедия на шахте, после которой почти не осталось мужчин, и местные жительницы привыкли обходиться без посторонней помощи. Гриффин не собирается отступать: он движется за Роем вместе со всей своей банде, параллельно по следу преступника идет маршал Джон Кук, который давно охотится за главарем банды. Все герои оказываются заперты в ситуации, где каждый решает, что для него важнее: месть, справедливость, спасение собственной жизни или защита тех, кто остался у них близок. Сериал отличается от классических вестернов отказом от шаблонного героизма и плоских персонажей: Элис Флетчер, которую играет Мишель Докери, не является пассивной жертвой обстоятельств, она умеет обращаться с оружием, жестко ведет хозяйственные дела и не боится отстаивать свою землю. Джек О’Коннелл в роли Роя Гуда показывает человека, который пытается искупить прошлые ошибки, а Джеффри Донован создал запоминающийся образ безжалостного, но целеустремленного бандита. Атмосфера сериала выдержана предельно правдоподобно: сухие ветра Колорадо, пыльные улицы городка, скрип половиц в доме вдовы, детали быта конца XIX века не выпадают из повествования и помогают полностью погрузиться в историю. Критики высоко оценили проект за сдержанный сюжет, сильную актерскую игру и отказ от лишних эффектов в пользу живых человеческих историй.